Интервью с художником «От белого холста до зрителя»

Сегодня в небольшом интервью Мирослава отвечает на вопросы о творчестве и самоидентичности художника.

Что значит быть художником?

Все люди неповторимые. Я не могу ответить, что значит быть Сальвадором Дали или Полем Сезаном.

Для меня каждая буква алфавита, каждая эмоция, мысль, незаметное движение души  имеют свой неповторимый цвет. Музыка, ветер, шум дождя — все цветное. Цвет создает настроение, хочется  нарисовать счастье и погрузиться в него. Мои картины — это радость, любовь, благодать, умиротворение, иногда светлая грусть об утраченном детстве. Там нет беды, агрессии, нет ничего такого, что бы могло расстроить человека, погрузить его в уныние. Я не могу умножать зло на холсте. И это не мой сознательный выбор. Такой сотворил меня Бог.

Мирослава Казанцева за холстом

С какого момента в своей жизни Вы поняли, что Вы — художник?

Я родилась художником, но этого долго не знала. Всегда моим любимым занятием  было рисовать. В школьные годы мне нравилось рассматривать репродукции великих художников. Они казались небожителями. Я не осмеливалась даже подумать, что я могу быть художником.

Поэтому я получила высшее образование на геологическом факультете. Но ходила в походы не с геологическим молотком, а с этюдником.  И только в зрелом возрасте осознала себя художником. Пошла учиться в Калининградский Государственный Университет по специальности изобразительное искусство.

Глядя на изменения, произошедшие в Вашей жизни, можете ли вы сказать, чем отличается Мирослава-художник от Мирославы-геолога?

Мирославы-геолога на самом деле не было, я всегда была художником. Когда я уволилась с «Запсибгеологии», у меня стало больше времени, чтобы воплощать на холсте те картины, что всегда роятся в моем воображении

Где Вы черпаете вдохновение?

Вдохновение — это чудо. Оно от Бога. Его механизм мне не понятен. Об этом лучше всего сказал Пушкин:

“И пальцы просятся к перу, перо к бумаге,
Минута — и стихи свободно потекут.”

О чем Вы думаете перед работой?

О чем я думаю перед работой? Ни о чем. Я просто смотрю на белый холст на мольберте. Ничего не думаю, а только вижу.

Чье мнение о Вашем творчестве для Вас важно?

Честно говоря для меня важно только одно — чтобы мое творение коснулось души моего зрителя. Я всегда знаю, что думает человек который смотрит на мою картину. Я начинаю видеть свою работу чужими глазами. И вот на моих глазах яркий пейзаж жухнет, краски теряют насыщенность, проваливаются. А в другой раз наоборот. Картина преображается. Она приобретает другие доселе невидимые  достоинства, потому что так смотрит на нее мой зритель.
Иногда я прошу его ничего не говорить. И спрашиваю хочет ли он послушать, что он думает о моих работах.
«Да «- с облегчением отвечает зритель.
И я говорю: «Работы в общем-то мне нравятся, но я не разбираюсь в живописи. Я боюсь попасть впросак. Мне не нравятся картины типа «Черного квадрата». Но они же признанные мировые шедевры.»
«Вы читаете мои мысли » — восклицает удивленный зритель.  

Советы, замечания, напутствия искушенного в живописи знатока меня раздражают. Я не хочу следовать чужим наставлениям. Для меня важно делать мою картину так, как я хочу.

Спасибо, за Ваши искренние ответы. Глядя на Ваши работы, задаешься вопросами о том, что происходит в голове художника, создающего такую красоту. Интервью дает возможность чуточку больше понять ваш внутренний мир и тайну творчества.

Вопросы задавала Зекрия Е.В.